Смерть добровольца
Анатолий Быков ушел в армию сам.
На девятый день службы он погиб
Толя
Быков был мальчишкой необыкновенным. Вундеркинд, играючи учившийся в школе,
мечтал служить в армии. Учителя его школы в Нижнем Новгороде вспоминают, что
в школьном портфеле Толи вместе с учебниками всегда были книги по военной истории.
Когда он учился в старших классах
и уже стоял на призывном учете, врачи обнаружили у него плоскостопие и артроз.
С таким диагнозом армия ему "не светила". Толю признали ограниченно
годным к военной службе (судя по документам, ему даже выдали военный билет).
В выпускном классе он стал победителем областной олимпиады по географии. Его
без экзаменов приняли в Нижегородский госуниверситет. Он учился, лечился и снова
рвался служить. Друзья и родители его отговорили. А прошлой осенью уже не сумели.
Лишь самым близким друзьям он сказал по секрету: "Хочу круто изменить свою
жизнь". Университет был оставлен. Но путь в армию был по-прежнему закрыт.
Призывная комиссия ссылалась на старый диагноз. Быков с этим приговором не соглашался.
В заявлении на имя полковника Власова, военного комиссара Московского района
Нижнего Новгорода, он настаивал на том, чтобы его переосвидетельствовали и "как
можно срочнее" призвали. Грозился даже подать в суд. После этого врачи
разрешили ему служить. 23 декабря прошлого года Толю призвали. 26 декабря в
составе команды он прибыл в одну из частей Внутренних войск МВД РФ, дислоцирующуюся
в Краснодаре. 1 января этого года его тело нашли почти бездыханным под казармой,
- солдат, дежуривший у КПП напротив, видел Быкова летящим из окна четвертого
этажа. В тот же день Анатолий умер в больнице. Еще через неделю Быкова похоронили
на заснеженном Старосормовском кладбище Нижнего...
Отправляясь в командировку,
чтобы расследовать это ЧП, я уже знал, что военная прокуратура Краснодарского
гарнизона возбудила уголовное дело по статье "доведение до самоубийства".
Мне казалось, что я увижу обычный сценарий: умный парнишка со светлой душой
патриота считает своей обязанностью послужить Отечеству. Имея двойную защиту
от призыва (болезнь и учеба в университете), он ради своей мечты бросает студенческую
скамью, "проламывает" сопротивление медкомиссии и становится в строй.
Однако жестокая армейская машина раздавила светлые надежды парня и уничтожила
его. Чтобы проверить эту версию, я решил пройти по пути Быкова от его родного
нижегородского дома до краснодарской казармы. Смерть несостоявшегося Солдата
оставила много вопросов, на которые надо было попытаться ответить. И главный
из них - Быкова выбросили с четвертого этажа или он сам выбросился? Каким он
парнем был?
"Умный, необычный, справедливый,
жизнерадостный" - так вспоминают Толю его мама, друзья по школе и университету,
преподаватели. Еще о нем говорят, что он был идеалистом и "белой вороной"
- мечтал о революционном переустройстве государства. За полтора года до армии
он вступил в Нижегородскую организацию ревкомсомола (РКСМб), которая "занималась
пропагандой коммунистических идей среди промышленного пролетариата, крестьянства
и студенчества". Идеалом комсомольца Быкова был революционер Че Гевара.
Толя носил такой же черный берет, только вместо звезды на нем был комсомольский
значок.
Что же заставило юного революционера
резко бросить университет и пойти добровольцем в армию? Может быть, бывший студент
Быков нахватал в университете столько "хвостов", что уход в армию
был лучшим способом избежать позорного отчисления. Но, судя по документам, которые
показал мне заместитель декана университета, Толя учился неплохо. Я проверил
и другие варианты: любимая девушка его не бросала, милиция не преследовала,
обстановка в семье нормальная. Так что же? Друг Быкова Алексей Горшков так ответил
на этот вопрос: "Он хотел получить знания, которые могут дать только Вооруженные
силы. Он любил учиться и хотел научиться науке жизни не в университете, а там,
где постоянно сталкиваешься с трудностями. Он хотел испытать себя". Но
первая же неделя испытания армией надломила парня. Сослуживцы видели его хмурым
и немногословным. Он показался им очень грамотным, но чем-то подавленным, нелюдимым
человеком. Толя упорно называл солдат официально на "вы" даже тогда,
когда они советовали ему "быть проще". Подчеркнутая вежливость и отстраненность
выглядели странно в обстановке казармы. Кто-то за глаза назвал его чудаком,
не от мира сего. Кто-то вообще крутил пальцем у виска. Так романтическое стремление
бывшего студента узнать настоящую жизнь столкнулось с реальной и отнюдь не романтической
жизнью казармы.
Как он уходил? О том, что он
уходит в армию, Толя гордо сообщил родным за два дня до отправки на сборный
пункт. Мама и бабушка плакали. Но слезы и уговоры были уже бесполезны. Отец
сказал: "Если это твое мужское решение, я поддерживаю". Толя сиял,
как именинник. Быковы напрягли бедненький семейный бюджет и накрыли стол перед
проводами. Прощание получилось каким-то сумбурным. Толя выглядел так, будто
боялся, что в последний момент его возвратят домой. Впервые в жизни назвал маму
"матушкой", выхватил из дорожной сумки с вещами и едой лишь ручку,
тетрадь, конверты и залез в автобус с призывниками. Обратите внимание на эту
странную деталь - новобранец взял с собой в дорогу лишь письменные принадлежности.
Рассеянность, вызванная волнением? Легкомысленный аскетизм? Или у него уже были
мысли о том, что служить придется недолго?
На сборном пункте в Дзержинске
Быкова переодели в зимнее обмундирование. Из-за гренадерских размеров Толи (рост
- под два метра, размер обуви - 47-й) ему не смогли подобрать нужные сапоги.
Выдали на полтора размера меньше. Сказали: "Терпи, Гулливер, генералом
будешь". Первые дни Толя служил со скрюченными пальцами ног и не жаловался.
Лишь на третий день, когда боль стала непереносимой, он сказал об этом заму
командира части по тылу майору Андрею Кошелеву. Майор приказал солдату разуться
и сам перемотал ему портянки, решив, что тот еще не освоил эту премудрость.
Но сапоги все равно жали. Тогда Кошелев приказал выдать солдату офицерские "берцы"
(ботинки с голенищами). Стертые пальцы меньше болели, но боль в суставах от
артроза и плоскостопия была адской. Под Новый год командиры решили устроить
в казарме праздничный ужин и солдатский концерт. Толя Быков завернул раны на
ногах салфетками из столовой и лихо плясал. А затем еще и песню спел о России,
которую надо охранять от врагов. Он стал победителем конкурса и получил в награду
торт "Причуда". Но и после этого его угрюмое настроение замечали многие.
Толя продолжал держаться особняком даже среди земляков-нижегородцев. Я говорил
с ними. Алексей Сергеев, Юрий Никишин, Андрей Ремезов и Михаил Гаврин в один
голос твердят, что поведение Быкова было "странным", что он почти
ни с кем не общался. А что же вы ждали от солдат? Правды? Когда случается смертельное
ЧП, всему личному составу приказывают держать язык за зубами. Я предвидел это,
направляясь в краснодарскую часть. И, еще до того как попасть в казарму, прикинулся
отцом, приехавшим проведать сына-солдата, и торчал у КПП части. Щедро раздавал
курево служивым и выпытывал у них об обстановке в батальоне. Интересовался насчет
"дедовщины" и особенно - причинами недавней гибели рядового Быкова.
Все мнения сводились к двум вариантам: "За девять дней службы ни один солдат
не способен вызвать даже у самого лютого "деда" смертельную ненависть
- тем более спокойный, тихий и интеллигентный, как Быков". И еще: "У
Быкова были какие-то свои "заморочки", из-за которых он дал слабину".
Первого января шел девятый день
службы Толи в батальоне. После обеда проводился так называемый час письма. Сержант
Карен Арутюнян усадил подчиненных в казарме. Первое солдатское письмо Толя написал
накануне родителям - на службу не жаловался. Новое письмо предназначалось одному
из лучших нижегородских друзей - Сереге Бычкову. Оно осталось неоконченным.
В нем всего двенадцать строк, но эти строки задают серьезную головоломку командирам,
следователям, криминалистам-психологам, почерковедам, друзьям и родителям Анатолия.
В самом верху - фразы на немецком: "Работа - это свобода". И "Каждому
свое" (такая же надпись, кстати, была над входом в фашистский концлагерь).
Первые слова - "У меня все хорошо". Далее - краткое описание эмблемы
бригады, в которую он попал. Загадочная фраза: "Служу... да, так будет
правильнее". Сообщение о скором принятии Присяги. Затем - политика: "Классовая
сущность сегодняшней армии, несмотря на заверения (две неразборчивые фамилии.
- В. Б.) отнюдь не праведна. Это система воспитания эксплуататоров". Следом
- внезапный вопрос: "Ты смотрел фильм "Птаха"?.." За ним
- цитата: "Лучше ужасный конец, чем ужас без конца. К. Маркс". Кстати
в "Птахе" главный герой гибнет, бросившись с высоты. Не дописав письмо,
Быков отпросился у сержанта в туалет. Через пару минут на тумбочке дневального
по подразделению раздался звонок с КПП - оттуда сообщали, что из окна четвертого
этажа выпал солдат...
Что и как было в туалетной комнате,
никто из сослуживцев Анатолия не знает. Там он, по данным следствия, оказался
один. Свидетелей того, как именно все происходило, нет. Значит, по этому варианту
можно полагать, что в пиковый момент психологического срыва Быков уже имел суицидные
намерения (некое подражание герою-самоубийце упоминаемой в письме "Птахи"
и призыв Маркса к тому, что "лучше ужасный конец"). И, открыв окно
в туалете, бросился вниз...
Но пока не закрыто уголовное
дело, нельзя отбрасывать и другую версию. Положим, что цепь событий, приведших
Быкова к смерти (самоубийству или убийству), складывалась по-другому. Офицерам,
сержантам и солдатам удалось скрыть от следователей прокуратуры, что у Анатолия
даже за эти девять дней возник серьезный конфликт с кем-то из сослуживцев (включая
и старослужащих). Допустим даже, что все подразделение, проинструктированное
командирами, складно врет следователям: ссор у Быкова ни с кем не было, свидетели
его смерти отсутствовали, никто его в окно не выбрасывал. Но кто даст гарантии,
что такое "шило" можно долго удерживать в мешке, что кто-то из солдат
не проговорится? Стоя у высокого подоконника, с которого Быков полетел вниз,
я думал и о том, что надо быть Ильей Муромцем, чтобы легко и быстро (без сопротивления,
драки и крика) вытолкать наружу двухметрового парня, умудрившись заодно и открыть
крепко "застегнутое" на два шпингалета окно. Таких богатырей в батальоне
я не видел...
Этот материал еще готовился
к печати, а в Нижегородский Комитет солдатских матерей пришла новая скорбная
весть - на Черноморском флоте повесился матрос, призванный из области. Но родственники
и земляки этому не верят. Они убеждены, что его повесили. Родители уже давно
не верят, что их дети добровольно ушли из жизни, как только попали в армию.
А если даже и самоубийство? Почему в нашей армии солдаты расстаются с жизнью?
Только в прошлом году, по данным
Министерства обороны, в армии погибли 560 человек (это без Чечни). Приблизительно
треть из них - самоубийцы. И вот ведь парадокс: армия становится меньше, а число
самоубийств больше. Причины? Генералы объясняют это тем, что в армию все больше
попадает призывников с криминальным прошлым и армия начинает жить по законам
зоны. А войсковые командиры, которые с солдатами каждый день, тихо признают:
армия стала жестоким механизмом, людей не хватает, нагрузка дикая, люди озлобляются.
И тут уже просто нет ни сил, ни времени, чтобы выяснить, почему рядовой Анатолий
Быков чувствовал себя в казарме одиноким. Почему, написав запутанное письмо,
шагнул в окно с четвертого этажа. Или ему помогли шагнуть? Но если такое произошло
с парнем, всей душой стремившимся служить, то что ждать от тех, кому по приказу
пришлось стать в строй.
Толя Быков мечтал защищать Родину.
А вот Родина Толю Быкова защитить не смогла. Даже если принять версию о самоубийстве,
Родина в лице его командиров не смогла разобраться в душе молодого бойца. Защитить
его от самого себя. И как вообще можно было брать в боевую бригаду, пусть и
по собственному желанию, парня с плоскостопием и артрозом? Что же касается конкретной
трагической истории нижегородца рядового Анатолия Быкова, то редакция берет
это дело под свой контроль и обязательно сообщит, чем закончится расследование.
Главное ведь, чтобы наши дети, надевшие военную форму, возвращались из армии
живыми.
Виктор БАРАНЕЦ,
"Комсомольская правда"
Февраль 2005
