Французские рабочие говорят "Non!" европейской конституции и своему правительству
"Мы
голосуем против. Это конституция буржуазии, концернов и боссов. В ней говорится
только об экономике, конкуренции, прибылях, рынке и капитализме. Мы, коммунисты,
против всего этого; с другой стороны, в этом документе ничего не говорится о
рабочих. Большинство рабочих уже просто посылают политиков, - нам уже надоело
каждый раз говорить им "да". Тома Мьюрнье, 32 года, учитель, сторонник
Коммунистической партии, цит. по The Guardian от 28.05.2005
30 мая во Франции прошел референдум по ратификации Европейской конституции.
Шансы сторон были примерно равными, но к такому результату ни французская, ни
европейская политическая элита не была готова. Из 42 миллионов человек с правом
голоса 55% проголосовали против и 45% за принятие документа при 70% явке. Сейчас
аналитики пытаются понять, почему явное большинство французов, несмотря на отчаянные
усилия всех главных партий, отвергло проект Европейской конституции. Для проталкивания
конституции президент Жак Ширак и премьер-министр Жан-Пьер Раффарен использовали
все возможные способы: так, Ширак заявил, что только при положительном исходе
голосования Франция сможет и дальше отстаивать свои интересы в Европе, а в противном
случае она "станет политическим трупом, по крайней мере, на какое-то время".
Раффарен предупреждал о "призраке хаоса во Франции", предвещал в случае
провала конституции "долгий период экономического кризиса" и высказывал
мысли о том, что в Америке, Индии и Китае не будут горевать по поводу разлада
в ЕС.
Классовая политика.
Уже на следующее утро английские
СМИ изображали результаты референдума как победу французских националистов и
даже как победу ультра-правого неофашистского Национального Фронта Жан-Мари
Ле Пена. И хотя сторонники Национального Фронта действительно голосовали против,
называть такой исход голосования победой правых было бы откровенной ложью.
Кампания против Евросоюза и его
защитников - правых и левых центристов - сопровождалась усилением классовой
борьбы во французском обществе. В начале 2005 года, согласно опросам, Евроконституцию
готовы были поддержать 65% избирателей, но уже в феврале - после попытки правительства
отменить 35-часовую рабочую неделю, вызвавшей волну забастовок и акций протеста
- количество сторонников проекта стала снижаться. Голосование во второй по значимости
конфедерации французских профсоюзов СGT против принятия конституции (вопреки,
позиции лидеров организации) подняло дискуссию на новый уровень. Вопрос из области
международных отношений перешел в область социально-политическую, мобилизовал
рабочих и инициировал борьбу против неолиберальной политики и правительства
Раффарена. Появились активисты, дебаты резко обострились, против принятия проекта
вместе выступили рабочие государственных и частных предприятий, пенсионеры и
молодежь, люди без постоянной работы и те, у кого ее нет вообще. 5 февраля по
всей стране прошли демонстрации против планов правительства отменить 35-часовую
рабочую неделю, в которых приняли участие около полумиллиона человек; многие
надписи на плакатах призывали голосовать против конституции. 10 марта на улицы
Франции вышли более миллиона демонстрантов, протестующих против увеличения рабочей
недели и требующих повышения зарплаты. Это был пятый общенациональный день единых
действий за этот год и самый многочисленный протест со времени протеста против
пенсионной реформы в 2003 году. Одновременно "школьные" забастовки,
захваты аудиторий и свой "день действия" провели старшеклассники,
протестующие против реформы образования. 160 тысяч человек участвовали в 150
демонстрациях…
Взлет классового сознания рабочих
нашел свое выражение не только в движениях протеста, но и в голосовании против
проекта Европейской конституции. Ему отказали в поддержке большинство рабочих
с доходом ниже 3000 евро в месяц и 66% тех, чьи доходы не превышают 1500 евро.
По данным Le Mond, "нет" сказали 79% рабочих (на 18% больше, чем при
голосовании по Маастрихтскому договору в 1992 году) и 67% служащих. Впервые
- что является еще одним признаком глубокого социального кризиса - против Евросоюза
высказались представители среднего класса - большинством в 53%. Они считают,
что ЕС предпринимает недостаточно усилий, чтобы гарантировать уровень их заработка
в условиях глобализации.
Буржуазное правительство
и президент.
Ширак и Раффарен пришли к власти после второго тура выборов 21 апреля 2002
года с большим преимуществом над Жан-Мари Ле Пеном, лидером крайне правых, оттеснившим
на третье место "социалиста" и тогдашнего премьера Жоспена. Ширак,
получив в ходе первого тура менее 20% голосов, набрал через две недели уже 82%
- массовый антинационалистический протест против Ле Пена был канализирован в
голосование за Ширака. Жоспен подал в отставку; власть получили сформировавшие
правительство правоцентристы. В результате в течение следующих трех лет урезались
законы о социальных гарантиях, велось активное наступление на государственные
коммунальные службы, на рабочий класс и на малоимущие слои общества в целом.
Накопив политический капитал, Ширак и Раффарен использовали его против рабочих,
забыв свои демагогические заявления о том, что они представляют интересы "всех
французов". Medef, федерация работодателей под руководством барона Эрнеста-Антуана
Силира, могла только радоваться при виде явного движения правительства в ее
сторону.
Пенсионная реформа 2003 года, полная или частичная приватизация государственных
предприятий, включая почтовую службу La Poste, коммунальную службу газа и электричества
EDF-GDF, урезание средств на общественные нужды… Силир, возглавивший Medef в
1997 году и называющий себя "киллером", назвал премьера "несчастным
Раффареном" - потому, что тот был вынужден уступать мощи профсоюзов. С
другой стороны, для акционеров 2004 год был исключительно благоприятным. Так,
в нефтяной отрасли прибыль выросла на 24% (до 9,04 млрд. евро), косметический
концерн L'Oreal зафиксировал рост прибыли на 143% (до 3,351 млрд. евро), а "Сосьете
Женераль" - на 25,4% (до 3,125 млрд. евро). Поляризация во французском
обществе достигла таких пределов, что многие вспоминают май 1968 года. Тот же
гнев вызывает коррумпированная и расточительная элита, то же разочарование -
неспособность капитализма обеспечить будущее общества, то же возмущение - сверхприбыли.
По данным опросов, никогда еще недоверие к бизнесу не было столь сильным: в
1985 году крупным предпринимателям верили 56% человек, сегодня - 45%. И, что
еще больше огорчает акул капитализма, собственному работодателю доверяют при
этом лишь 21% опрошенных.
Внутриполитические последствия
для Франции.
"Правоцентристские и левоцентристские партии напоминают башни Всемирного
Торгового Центра. Мы знаем, что они рухнут, но еще не можем сказать, какая упадет
первой". Эти слова, которые агентство Рейтер приписывает одному из лидеров
правоцентристской UMP (партии Ширака), являются еще одним свидетельством политической
нестабильности во французском обществе. Из-за шумной кампании вокруг референдума
она сейчас чувствуется еще острее. Былой авторитет центристов в прошлом; ушедшее
в отставку правительство Раффарена было самым непопулярным за всю историю Пятой
республики, а степень поддержки Жака Ширака снизилась до отметки в 40%, самой
низкой за последние 8 лет.
И все же Социалистическая партия кажется еще ближе к кризису, чем UMP. Ее лидер
- Франсуа Олаунда - провел внутрипартийный референдум, чтобы т.о. принять окончательное
решение о том, какую позицию занять по Евроконституции. 59% членов Соцпартии
высказались в поддержку конституции. Однако под давлением выступлений рабочего
класса, а также пытаясь повысить популярность партии в целом - и свою в частности
- вторые лица партии выступили против ратификации. Анри Эмануале, бывший лидер
социалистов, сравнил тех членов партии, кто вел кампанию "За" с теми,
кто голосовал в поддержку режима Петена в 1940 году. За неделю до голосования
Эммануэле встретился в парламенте с работниками 25 предприятий, пострадавших
из-за аутсорсинга и заявил, что те, кто поддерживает конституцию "совершают
историческую ошибку". Он, в частности, сказал: "Есть те, кто голосует
вместе с Тери Десмаре (глава Total - французской нефтяной кампании) и CAC 40
(список крупнейших кампаний), а есть те, кто голосует вместе с работодателями.
Попробуйте уловить разницу - и вы увидите, в чем суть".
Острые дебаты в Социалистической партии еще не означают ни поворота влево, ни
роста симпатий к ней со стороны рабочего класса. Несмотря на то, что она вполне
может укрепить свои позиции и даже выиграть у правых следующие выборы, у социалистов,
во-первых, нет реальной альтернативы политике нынешнего правительства, а во-вторых,
избиратели еще не забыли правительство Жоспена, чей "гибкий подход"
и политика приватизации закономерно привели партию к оглушительному поражению
в 2002 году. Эти споры свидетельствуют о другом. Лидер "внутрипартийной
оппозиции" Лоран Фабиус - второй человек в партии и премьер в правительстве
Миттерана (1983) - принадлежит к ее правому крылу. Не так давно он заявил, что
разделял идеи Блэра еще до прихода того в политику, но сейчас, рассчитывая на
поддержку партией своей кандидатуры на выборах 2007 года, активно обновляет
свой имидж. Сейчас еще слишком рано делать какие-либо выводы, но Социалистическую
партию стабильной назвать уже нельзя. При определенных обстоятельствах не исключен
даже ее раскол.
На борьбу за социализм -
с новой рабочей партией!
Французское "нет" Евроконституции - это "нет" глобальному
капитализму, неолиберальным реформам, приватизации, "свободному рынку".
Французские рабочие вышли на улицы бороться с неолиберальным курсом Раффарена,
организовывали тысячные акции протеста против буржуазных реформ в общественном
секторе, и, несмотря на отсутствие принципиального революционного руководства,
остановили очередное наступление нео-либерализма и вывели борьбу на новый уровень.
Сейчас самой актуальной задачей является строительство массовой политической
организации на основе боевой социалистической программы. Представители рабочего
класса, зарубившего Евроконституцию, должны сейчас же обратиться к рабочим и
профсоюзам других европейских стран с предложением об общей конференции и выработке
общих требований на основе национализации нерентабельных предприятий под управлением
и контролем рабочих в рамках борьбы с неолиберализмом. Провал проекта конституции
дал рабочим шанс, и они должны его использовать.
После провала Евроконституции в Нидерландах европейские правящие круги взяли
тайм-аут. Но, несмотря на возможное в связи с этим усиление протестных движений
в странах ЕС, общий курс европейской капиталистической элиты вряд ли радикально
изменится. Блэр и Браун уже пообещали с наступлением очереди Великобритании
на председательство в Евросоюзе выдвинуть на повестку дня вопрос о неолиберальных
реформах, чтобы Европа превратилась в такой же рай для капитализма, каким сейчас
является Англия. Сторонники Хосе Мануэля Барросо, действующего председателя
Еврокомиссии, заявили о том, что он еще раз попытается провести проект "рабочие
места и развитие". Нелли Круа, член Европейской антимонопольной комиссии,
предложила ужесточить правила предоставления государственных субсидий. Вскоре
начнется обсуждение директив о либерализации сферы услуг в Европе.
Социалисты должны не только бороться
за права рабочих и принимать участие в акциях протеста, но и постоянно указывать
на невозможность развития общества в рамках капиталистической системы. Социалисты
вместе с рабочими должны противодействовать всем попыткам укрепления ЕС как
формы организации большого бизнеса. Ни конституция, ни учредительное собрание
не сделают Евросоюз более демократичным - для этого необходимо сломать само
неолиберальное здание и построить новое, основанное на настоящей рабочей солидарности.
Новая Европа будет основана на добровольном сотрудничестве между народами и
на обществе, в котором ключевые позиции не будут принадлежать банкирам, олигархам
и владельцам крупных пакетов акций. В этом обществе планирование, управление
и контроль над экономикой будут осуществлять рабочие. Это будет социалистическое
общество.
