22
апреля 2005 года, в день рождения Ленина, по решению краевого комитета КПРФ,
наша маленькая делегация ехала в один из районов Алтайского края, находящийся
недалеко от границы с Кемеровской областью. Почему я не называю конкретное место
- объясню чуть позже.
Повод для поездки был очень
серьезный, если не сказать экстраординарный. В сельском районе, где за годы
перестройки никогда не было не только комсомольцев, но и партийная организация
дышала на ладан, по собственной инициативе, без какого-либо участия краевых
организаций, принимали группу молодежи в комсомол. Если быть точным, то его
там создавали заново. Сами. В деревне.
Громко сказать - делегация,
в составе Беловой Юли и автора этих строк, прихватили с собой видеопроектор,
ноутбук, четыре фильма из жизни комсомола Барнаула, в общем, подготовились развернуть
перед селянами картину реющих красных знамен и яростных митингов на центральной
площади столицы мира. Кроме наглядной агитации, сама Белова Юля в качестве "политкаторжанки",
недавно осужденной за активное участие в перекрытии транспортных магистралей,
являлась живым примером активного участия молодежи в политической жизни. Если
серьезно - то нам было что показать и о чем рассказать.
Места там, надо сказать, красивейшие,
и погода была под стать светлому празднику дня рождения Ленина. Снег и + 28
в апреле - редкое сочетание.
Короче, лично я ехал с чувством,
что если не бога за бороду держим, то уж одной левой распропагандируем зеленую
молодежь. А получилось по-другому. Пока мы настраивали свои "навороченные"
аппараты, партийная районная организация проводила собрание с двумя вопросами
повестки - возврат незаконно проданной земли в совхозе N и прием в партию и
комсомол. С этого места - поподробней.
Жило-было на благодатной Алтайской
земле крупное государственное сельскохозяйственное предприятие N, в обыденной
речи "совхоз", то бишь советское хозяйство. Богатое, процветающее,
- имело свои фермы, поля, луга, технику, дома культуры, школы, больницы и прочий
стандартный набор "проклятого тоталитарного прошлого". Как известно,
с прошлым порвали в 1991году и с тех пор худо-бедно, но вот уже на протяжении
14 лет все ждали и надеялись, что вот-вот произойдет долгожданное и обещанное
чудо, и наступит нашим селянам капиталистическое счастье. Накормит и напоит
их его величество КАПИТАЛ. Только еще чуть-чуть надо потерпеть, провести еще
две-три обязательные реформы (без них никак не получится) и заживут все счастливо
и богато, по-американски, как и обещали когда-то всенародно избранные.
Однако к 22 апреля 2005 года
что-то не срослось в совхозе N с наступлением всеобщего счастья, и потребовал
секретарь райкома от коммунистов клятвенного обещания не дрогнуть и не бросить
его на полпути, когда попытается районная парторганизация вызволить проданную
когда-то государственную, а значит ничейную, собственность и землю в частные
руки.
Суть дела заключалась в том,
что несколько лет назад местный "олигарх" районного масштаба, а точнее
наиболее удачливая местная сволочь, очумевшая от нахлынувших денег, дешевизны
услуг чиновников всех мастей и молчаливого равнодушия народа, незаконно купил
тот самый совхоз N - т.е. все постройки, скот, технику и т.д. Обошлось это ему
недорого - какие-то копейки собственно за сам совхоз и деньги за квартирку в
близлежащем городе для человека из районной администрации, оформившего сделку.
И все бы ничего, но очень скоро
выяснилось, что сельскохозяйственное производство - оно все-таки производство,
а это совсем не те доходы и не те усилия, к которым привыкли новые хозяева земли
русской. Короче, коров порезали, технику продали на вывоз, остальное - на металлолом,
ну и далее - по известной схеме. Логичный поступок? Логичный. По капиталистически?
А как же.
Только народ и на собрании так
и не осознал до конца, что жизнь их возможна только при работающем совхозе,
где можно взять трактор для вспашки огорода, технику для заготовки сена, дров,
взять зерна во время уборочной и выкормить своего личного поросенка. Да и вообще,
их существование как экономистов, бухгалтеров, механизаторов, библиотекарей,
отцов и матерей, просто людей, имеющих хоть какое-то будущее и надежду, возможно
только вместе с этим ничейным и чужим, как они считали, совхозом N.
Честно сказать, я не ожидал
столкнуться с такой беспросветной безысходностью, совсем на другие темы настраивался
говорить. Хотя внешне все выглядело вполне нормально - благообразные, еще не
плохо одетые люди, моего возраста, далеко не старики, обсуждают проблему платного
образования для детей, как опротестовать сделку через прокуратуру, как получилось,
что всю технику продали куда-то, а им не досталось вообще ничего.
Черепахи, ползущие по степи
черепахи. К чему это я про черепах? Да как-то, опять же несколько лет назад,
рассказал один мой приятель, как отец привлекал его к заготовке такой экзотической
закуски, как печень черепахи. Дело было весной, в степях Казахстана, на богом
и людьми забытой железнодорожной казарме. Батя шел впереди с топором, а маленький
Вовка тащил за ним ведро. Встреченную черепаху, вылезшую на весеннее солнышко
и жаждущую найти свою вторую половину, папаша аккуратно подрубал сбоку топором,
раскрывал панцирь, вырывал печень, закрывал и отпускал обратно в степь. И черепаха
молча ползла дальше, по своим черепашьим делам. Солнышко светит, черепаха ползет,
но только она уже мертвая, ползет, но мертвая. Два часа работы - полное ведро
печени. Очень папаша уважал это дело под водочку.
О чем я мог говорить на этом
собрании? О каком комсомоле, если сидящих передо мной людей уже нет в списках
живых? Фактически они есть, а в списках нет, списаны эти люди во всех вышестоящих
капиталистических штабах, вплоть до кремлевского холма, реки Потомак и Святой
Земли. И когда я закричал им об этом в лицо, закричал, что не будет уже никогда
доброго барина, вообще ничего не будет, - одна из женщин тоже отчаянно закричала
- "А за кого же нам тогда голосовать?!"
И тут я понял, что они все еще
ждут, они все еще верят, что вот придет хороший человек в район, в город, в
край, в Москву, и все у них наладится, они опять станут живыми и кому-то нужными
на этом свете. ОНИ ВСЕ ЕЩЕ ЖДАЛИ ДОБРОГО БАРИНА! Или царя, или президента, или
главу района. За кого же им голосовать? Как зовут этого человека, фамилию которого
я должен был им назвать?
